Режиссёр Макс Уинклер рассказал о переходе на телевидение и работе с Райаном Мёрфи

В 2019 году Макс Уинклер находился на пороге большого прорыва в независимом кино. Его путь в индустрии начался с режиссуры ситкомов в 2010-х годах, включая такие проекты, как «Новенькая» (New Girl), «Brooklyn Nine-Nine» и «Трудности ассимиляции» (Fresh Off the Boat). В 2017 году он выпустил черную комедию «Взрослые игры» (Flower), которая была тепло встречена критиками и зрителями. Следующей работой стала жесткая боксерская драма «Страна джунглей» (Jungleland) с Чарли Ханнэмом и Джеком О’Коннеллом в главных ролях. Премьера фильма состоялась на Международном кинофестивале в Торонто, картина получила солидные отзывы и казалась потенциальным коммерческим хитом, возможно, даже претендентом на награды. Однако судьба распорядилась иначе.

По словам Уинклера, выход фильма пришелся на разгар пандемии COVID-19, и картина попала в пакетную сделку финансиста по продаже контента Paramount. Режиссер признается, что этот опыт был для него сокрушительным: он остался без денег, только что купил дом, а его жена была беременна. В тот момент он осознал, что пора перестать притворяться кем-то другим и пытаться подражать Полу Томасу Андерсону. Уинклер решил стать мастером своего дела, признавшись себе, что ему необходимо зарабатывать на жизнь.

В 2021 году Уинклер вошел в обширную телевизионную вселенную Райана Мерфи, начав с режиссуры эпизодов проектов «Американские истории ужасов» и «Американская история ужасов». Его восхитило то, как видение Мерфи совпадает с запросами массовой аудитории. Уинклер отмечает, что у Мерфи, как и у Стивена Спилберга, есть удивительный дар — интересоваться именно тем, что волнует весь мир. Режиссер подчеркивает, что раньше он стремился делать вещи в духе фильма «Последний наряд», которые близки узкому кругу людей, но необходимость обеспечивать семью заставила его научиться работать с более масштабными идеями, сохраняя при этом свою авторскую специфику и внимание к деталям.

Сотрудничество Уинклера и Мерфи переросло в крепкий творческий союз. Макс стал режиссером и исполнительным продюсером почти всех проектов Мерфи, включая франшизу «Монстр», «История любви» (Love Story), «Вражда: Капоте против Лебедей» (Feud: Capote vs. The Swans) и «Осколки» (The Shards). Уинклер отмечает, что они с Мерфи искренне стараются впечатлить друг друга. Когда Мерфи присылает сценарий, Уинклер оценивает, насколько он чувствует связь с материалом. После этого они обсуждают влияние и желаемую атмосферу, а режиссер старается удивить Мерфи финальным монтажом. Это постоянное творческое соревнование стало крайне важной частью жизни Уинклера.

Уинклер вспоминает, как узнал о проекте «Lizzie Borden» (Monster: The Lizzie Borden Story). В тот момент он был занят на съемках «История любви» и монтаже «Эд Гейн» (Ed Gein). Он думал, что франшиза «Монстр» возьмет паузу, но позвонил Мерфи и спросил, что он знает о Лиззи Борден. Прочитав сценарий, Уинклер был поражен ритмом текста, чувством юмора и женственностью истории. Он почувствовал симпатию к главной героине и оценил черный юмор Яна Бреннана и Райана Мерфи.

Чарли Ханнэм, подружившийся с Уинклером на съемках «Страна джунглей» и работавший с ним над проектами «Эд Гейн» и «Lizzie Borden», отмечает, что остроумие Макса помогает задавать правильный тон. Смех режиссера за монитором во время дублей служит для актера индикатором того, что работа идет в верном направлении. В свою очередь, Элла Битти, исполнившая роль Лиззи, подчеркивает, что Уинклер создает на площадке атмосферу доверия и игры, позволяя актерам экспериментировать с образом.

Для Уинклера эта работа стала новым этапом отношений с искусством. Он признается, что теперь хочет создавать качественные вещи, которые доходят до зрителя, и наслаждается возможностью обсуждать свои проекты в момент их выхода. Он больше не делает ничего ради результата, а сосредоточен на процессе. Появление детей позволило ему отбросить страхи и строить карьеру, которая сильно отличается от его представлений времен киношколы.