Роберт Паттинсон — новая икона кино: почему он сменил типаж «Сумерек»

С момента выхода «Топ Ган: Мэверик» Тома Круза часто называют «последней кинозвездой». Вместе с Брэдом Питтом и Джулией Робертс он представляет золотой стандарт актеров, принадлежащих к эпохе монокультуры. Это «монозвезды», чье присутствие в кадре само по себе способно захватить внимание всего мира. Однако завершение эры такого классического типажа не означает исчезновение звезд. В раздробленном, нишевом и постмодернистском мире рождается новый вид знаменитостей, и идеальным воплощением этого процесса стал Роберт Паттинсон.

В фильме «Прайм-тайм» (Primetime) Паттинсон демонстрирует этот новый подход, играя Криса Хэнсена — ведущего шоу «Поймать хищника» (To Catch a Predator). Его герой — скользкий тип, одержимый рейтингами и желанием выставить себя арбитром добродетели. Паттинсон создает образ, напоминающий смесь Джералдо Риверы и Дракулы: в неоновом свете он выглядит почти как вампир, у которого едва ли не пробиваются клыки. Это не просто имитация Хэнсена, а попытка передать его внутреннюю суть — тревожного и расчетливого рептилоида, превратившего свое шоу в форму вуайеристской мести и публичного унижения участников.

Эта роль — чисто «звездная» по своей природе. Несмотря на то что фильм изображает Хэнсена как мелкого и лицемерного позера, Паттинсон делает его центром притяжения, вокруг которого вращается всё повествование. Это под силу только настоящей звезде. Вряд ли Том Круз или Брэд Питт решились бы на подобное. Круз и раньше пробовал уходить в «темные» роли, например, в «Магнолии» — его, по мнению автора, обокрали на премии «Оскар» из-за махинаций Харви Вайнштейна в пользу Майкла Кейна за фильм «Правила виноделов». Также Круз демонстрирует карикатурную мрачность в грядущем фильме «Диггер» (Digger), но Паттинсон в «Прайм-тайм» уходит в настоящий психологический мрак. Он — звезда эпохи энтропии, времени, когда всё вокруг рушится.

Карьерный путь Паттинсона начался с франшизы «Сумерки» (Twilight), которая была закатом старой монокультуры. Его Эдвард Каллен был 108-летним вампиром с хмурым взглядом, но уже тогда актер начал делать смелые и эксцентричные шаги. В 2012 году, когда вышла заключительная часть саги «Сумерки. Сага. Рассвет: Часть 2» (Breaking Dawn — Part 2), он снялся в «Космополисе» (Cosmopolis) Дэвида Кроненберга в роли развращенного миллиардера. С того момента Паттинсон перестал играть «нормальных» персонажей.

В течение десяти лет он выбирал самые острые независимые проекты, превращаясь в «актера характерных ролей в теле главного героя». Он играл невротичного Т. Э. Лоуренса в «Королеве пустыни» (Queen of the Desert) Вернера Херцога, грабителя из Квинса в «Хорошее время» (Good Time) братьев Сафди, помощника исследователя в «Затерянном городе Z» (The Lost City of Z) Джеймса Грэя и угрюмого бродягу в «Маяке» (The Lighthouse) Роберта Эггерса.

Его переход к более масштабным проектам не был «продажностью». Сначала был «Довод» (Tenet) Кристофера Нолана, а затем — «Бэтмен» (The Batman), который стал одним из самых глубоких супергеройских фильмов, сопоставимым по силе с «Темным рыцарем» (The Dark Knight). Его Брюс Уэйн был настолько мрачным, что образ Кристиана Бэйла на его фоне казался беззаботным. В 2026 году, который станет годом триумфа Паттинсона, он представит три еще более темные роли: измотанного жениха в «Драме» (The Drama), зловещего жениха в «Одиссее» (The Odyssey), за которую он может получить «Оскар», и развратного ведущего новостей в «Прайм-тайм».

Важно не только актерское мастерство, но и коммерческий успех: в «Драме» и «Прайм-тайм» Паттинсон доказал, что может собирать полные залы. Популяризации помогла студия A24, ставшая новым игроком на рынке. Целое поколение зрителей прошло путь вместе с ним — от вампиров «Сумерек» до нынешних сложных образов.

Если классические звезды вроде Тома Круза, Брэда Питта или Джулии Робертс завоевывали сердца, играя идеализированные версии людей, то Паттинсон — это «анти-Круз». Его харизма строится на готовности уходить от идеала как можно дальше, и именно эта инверсия обаяния заставляет зрителей следовать за ним куда угодно.